<- Мужчина, уберите собаку, а то по мне уже блохи ползают>. <- Тузик, отойди, не видишь - у женщины блохи!> В старые времена этот анекдот приняли бы за чистую монету, потому что наличие у человека блох было делом привычным и никого не шокировало. Тут вспоминается и другой анекдот, когда бабушки на лавочке, не разобрав новомодных словечек, решили, что президент Медведев <блох в свитере завёл>.

Блоха как символ любви.

В XVII-XVIII веках мода была чрезвычайно изысканной, а вот с гигиеной дела обстояли плохо. Мылись люди редко (считалось вредным), зато на голове носили огромные парики, нередко смазанные бараньим жиром. В результате блох развелось так много, что обязательными модными аксессуарами стали палочки для чесания и т.н. <блохоловки>. Обычно блохоловки представляли собой изготовленные из золота и слоновой кости коробочки и медальоны с маленьким отверстием, внутри которых лежала полоска, смазанная медом или клеем, на которую блоха попадала, как муха на клейкую ленту. Для отвлечения блох использовали и домашних животных (собачек и хорьков), или же <блошиный мех> - шкурки (или даже чучела), которые спустя время потеряли практическое значение и стали чисто эстетическими аксессуарами - горжетками и боа.

Блохи были так привычны, что даже модные оттенки цвета называли <блошиными>. Порой тонкость в различении оттенков доходила до того, что выделяли цвет <блошиной головки>, <блошиного брюшка>, <блошиных лапок> и даже <блохи в период родильной горячки>.

Более того - блоха была предметом... амурных игр и кокетства. Дамы нередко открывали кавалерам свои интимные прелести под предлогом показать место блошиного укуса. Кавалеры же ловили на себе блох и пересаживали на дам, чтобы их кровь смешалась. Или наоборот - ловили блоху на возлюбленной даме и хранили, как реликвию, в медальоне.

Д. Донн:

<Узри в блохе, что мирно льнет к стене,

В сколь малом ты отказываешь мне.

Кровь поровну пила она из нас:

Твоя с моей в ней смешаны сейчас.

Но этого ведь мы не назовем

Грехом, потерей девственности, злом.

Блоха, от крови смешанной пьяна,

Пред вечным сном насытилась сполна;

Достигла больше нашего она.

Узри же в ней три жизни и почти

Ее вниманьем. Ибо в ней почти,

Нет, больше чем женаты ты и я.

И ложе нам, и храм блоха сия.

Нас связывают крепче алтаря

Живые стены цвета янтаря.

Щелчком ты можешь оборвать мой вздох.

Но не простит самоубийства Бог.

И святотатственно убийство трех.

Ах, все же стал твой ноготь палачом,

В крови невинной обагренным. В чем

Вообще блоха повинною была?

В той капле, что случайно отпила?..

Но раз ты шепчешь, гордость затая,

Что, дескать, не ослабла мощь моя,

Не будь к моим претензиям глуха:

Ты меньше потеряешь от греха,

Чем выпила убитая блоха>.

Г. Аполлинер:

<Блоха, возлюбленная, друг -

Все любят нас. Жестокий круг!

Вся наша кровь до капли - им!

Несчастен тот, кто так любим>.

Блоха была и излюбленным предметом сатиры.

В. Гюго:

<Заманчиво положение блохи в гриве льва. Униженный лев чувствует, как его кусает это маленькое, ничтожное создание, а блоха может сказать: <Во мне течет львиная кровь>.

И.В. Гете <Фауст>:

<Жил-был король когда-то,

Имел блоху-дружка;

Берёг блоху, как злато,

Лелеял, как сынка.

Вот шлёт король к портному, -

Портной пришёл сейчас.

<Сшей плащ дружку родному

Да брюки в самый раз>.

И в шёлк и в бархат чудный

Блоха наряжена

И носит крест нагрудный,

На ленте ордена.

Блоха министром стала.

Блестит на ней звезда!

Родня её попала

В большие господа.

Блоха, дав волю гневу,

Всех жалит с этих пор:

Вельмож, и королеву,

И фрейлин, и весь двор.

Никто не смей чесаться,

Хоть жалит всех наглец!

А мы - посмей кусаться,-

Прищёлкнем - и конец!>

Дрессированная блоха

Анекдот:

<- Каким образом он сделался дрессировщиком слонов?

- Сначала он дрессировал блох, но потом стал страдать близорукостью!>

Надо сказать, что блоха из знаменитой песенки Мефистофеля, одетая <в шёлк и бархат> - не такая уж выдумка. Начиная с XVI века приобретает популярность т.н. <блошиный цирк>, где блохи вытворяли самые настоящие чудеса. Одни возили на золотых цепочках миниатюрные кареты. Другие - одетые, как кавалеры, размахивали на дуэли привязанными к лапкам шпагами. Третьи - жонглировали мячиками из сердцевины бузины. Четвертые стреляли из пушек. Пятые - скакали под музыку. Шестые - одетые в мундиры, маршировали строем.

После представления артистов, как и цирковых медведей, кормили, но, конечно, не сахаром. Искусные дрессировщики были чрезвычайно популярны. По этому поводу вспоминается забавная история, когда дрессировщик Обичини присутствовал на обеде у французского короля Луи-Филиппа и потерял свою блоху Лючию. Спустя время ее нашел у себя один герцог и отослал хозяину с запиской: <Сегодня она уже пообедала>.

Сейчас блошиный цирк - редкость, хотя еще и остались люди, которые помнят секреты этого ремесла. Ясно, что в буквальном смысле слова блохи не дрессируются, а, скорее ставятся в такие условия, которые позволяют им проявлять врожденные качества в нужном дрессировщику направлении. Например, чтобы побудить блоху прыгать в определенном направлении или начать размахивать лапками, дрессировщик дышит теплым воздухом. Еще сложнее отучить блох прыгать и заставить ходить. Для этого блоху буквально сажают на привязь и ждут пока она устанет. Или специально выводят блох в миниатюрных пузырьках, чтобы пресечь тягу прыжков в зародыше. Всё это требует большого труда и времени. Поэтому обычно одну блоху можно обучить только одному трюку.

Блоха подкованная

У нас самой популярной литературной блохой безусловно является та самая блоха, которую подковал умелец Левша из одноименной повести Н. Лескова. Истоки образа подкованной можно встретить еще в сказке из сборника Афанасьева, где кузнец, обещая блохе подковы, выманивает ее и убивает молотом. Похожий сюжет можно встретить и у немцев (портной обещает блохе костюм и протыкает иглой), и у французов (парикмахер обещает блохе завивку и сжигает щипцами).

Сам же Лесков говорил, что отталкивался от народной прибаутки: <Англичане стальную блоху сделали, а наши туляки ее подковали да им назад отослали>. Вот такая была реакция народа на безоговорочное преклонение перед Западом. В результате Левша Лескова блоху не только подковал, да еще и поставил на подковах тульское клеймо.

Однако гордость еще не раз сменялась презрением к отечественным талантам, породив немало анекдотов:

<Левша подковал блоху. Теперь она не только кусает, но ещё, сволочь, и цокает>.

<Подковать блоху - совсем не бесполезная работа! Их потом магнитом ловить можно>.

<Отныне высшим достижением российских нанотехнологий принято считать не подковать блоху, а её кастрировать...>

<Блоха, подкованная Левшой, являет собой яркий пример российских нанотехнологий: ничего не видно и никому не нужно>.